Значит, пришельцы действительно учатся? И стали разнообразить тактику? Впрочем, а что тут странного? Не могут столь высокоразвитые существа не сделать выводы из многочисленных поражений. Они приспосабливаются. Точно так же, как мы в свое время приспосабливались к ним, к их тактике, к их оружию. К их нравам, наконец.
Теперь их черед думать и приноравливаться к изменяющимся условиям, потому что мы стали побеждать. Если Земля упустит инициативу – смерть.
– Дориго, ведешь команду через центральный лифт! Лихачев – через первый ангар! Сегерсен – через второй! Завадски – через третий!
Быстро и слаженно оперативники рассыпались на боевые группы. Каждый знал, что ему делать, не зря ведь отрабатывались десятки стандартных блок-ситуаций в долгие часы тренировок?
Правда, жизнь всегда вносила коррективы в любую из устоявшихся схем. Но оперативники были и к этому готовы.
Команда Пира состояла из шести человек: псионика Шадрина, и пятерых оперативников – неукротимой ирландки Бреди; Винса Веги; албанца Алима Порада; Виктора Бутовича, героя предыдущей обороны базы «Европа»; и знакомого по первому же дню по возвращении из Вены финна Хари Кирвисниеми. Этому Пир втайне не доверял – помнил безрассудное стремление новичка ввязаться в драку. Такие долго не живут.
– Ленка! Приглядывай за новичками, – шепнул ирландке Пир. Он продолжал называть ее на русский манер, а Хелен не возражала. Кажется, это ей даже нравилось.
– О'кей, Пир, пригляжу.
Они неровной цепочкой проскользнули через ангар, под брюхом неподвижного «Файршторма» и втянулись в приоткрывшийся шлюз. Дневной свет на выходе смешивался с электрическим, рождая странные размытые тени. Серые плиты взлетной полосы растворялись в серой же почве унылого верхнего пустыря. Заросли елочек, начинающиеся в некотором отдалении, могли скрывать кого угодно.
Пир взглянул налево, на полигон, и сразу увидел неподвижный ховертанк, лежащий брюхом на земле. Около башенки дистанционщиков, замаскированной под серый валун семиметровой высоты, глухо бухнул взрыв силовой гранаты.
– Ленка, вон туда! Чуть правее!
– Йэп, Пир! Давай, мелюзга, шевелись!
– Пир, – я вижу трех снейкменов! – предупредил тоже вышедший на поверхность Густаф Сегерсен. – Они между вами и полигоном, в зарослях!
– Спасибо…
Хелен Бреди перехватила данные целеуказателя и всадила длинную очередь из плазменной винтовки в гущу еловых лап. Крик умирающего снейкмена возвестил о начале схватки.
Команда Дориго возникла на полпути к башенке словно из-под земли. Впрочем, почему словно? Оперативники и вправду выбрались из замаскированного люка над третьим ангаром посреди пустыря.
Пир застрелил еще одного чужака, третий отполз поглубже в заросли и беспорядочно отстреливался. Пришлось залечь; короткими перебежками, прикрывая друг друга, звено Пира стало обходить его с флангов. Чужак понял, что его берут в клещи, заметался, и нарвался на Винса Вегу, который втихую прополз метров семьдесят и подобрался почти вплотную. Вега, извинившись, надавил на спуск и еще одним врагом стало меньше.
Звено Сегерсена тоже затеяло перестрелку; Пир просканировал данные со шлемов всех икс-комовцев. В пределах досягаемости целей не было. Точнее, видно не было – среди елочек можно было спрятать несколько террор-групп и пройти в двух шагах, не заметив.
Пир включил антиграв и взмыл; одновременно с Вегой, Бреди и Бутовичем. У новичков, еще ни разу не ходивших в боевые миссии, антигравов не было, «Скорлупу-3» на всю икс-команду еще не изготовили.
– Ленка, прикрывай их, – велел Пир. – Не дай бог, хризалид сунется…
Бутович остался с ирландкой чуть позади, они разлетелись по флангам, Шадрин, Порад и Кирвисниеми спешили за летящими впереди Пиром и Вегой. Звено быстро перевалило через холм и вышло к полигону.
На склоне, безжизненно раскинув руки, лежал Химен Алкорта. «Скорлупа» старой модели была пробита в нескольких местах и черна от нагара. Рядом с ним валялась оплавленная лазерная винтовка, точнее, все, что от винтовки осталось. Из соседней воронки чадящим облаком поднимался дым.
Пир отфиксил сразу две цели; одну моментально подмял под себя Ник Завадски, оставшийся со своим звеном не у дел на выходе из третьего ангара. Здорово поднатаскавшийся в работе с пси-ампом приятель без труда взял снейкмена под контроль даже с такого расстояния. Тотчас возникли новые цели: Завадски заставил чужака-солдата разрядить и бросить плазменное ружье и двигаться впереди икс-комовцев. Снейкмен успел показать еще трех солдат и хризалида, прежде чем его застрелили свои же.
– Внимание, хризалид! – оповестил всех Завадски. – Антигравы на старт!
Кто еще не поднялся над зеленой щеткой елочек, немедленно сделал это; остальные замерли и намертво перекрыли все направления. С хризалидом шутить не рекомендовалось.
– Ванья, помогай! – рявкнул Завадски с жутким акцентом. Шадрин сноровисто манипулировал управлением психоусилителя. Кажется, к ним подключился и Бертрам Нильсен.
– Есть! – чужим голосом выдохнул вдруг Шадрин. – А-а-а!
Пир переключился на шлем новичка-финна, который находился рядом, продолжая держать окрестности в фоновом режиме. Он увидел лицо Ивана Шадрина и невольно вздрогнул. Глаза у псионика стали совершенно белые.
Шастать в темных и чужих мыслях хризалида, конечно же, не получалось безнаказанно.
– Пир, он гонит хризалида на тебя! – предупредил Завадски. – Прими меры!
– Уж приму, не переживай, – процедил Пир, поводя ребристым стволом хэви плазмы.
Дориго со своим звеном продолжал беспорядочную перестрелку западнее полигона.
Хризалид выскочил на полянку, сгорбленный, словно шимпанзе. Могучие клешни свисали до самого пола. Движения его были как всегда стремительны и нелепы – с точки зрения человека.
Пир разнес его в клочья, старательно и без всяких неуместных эмоций. Хелен Бреди помогла. Клочья хитина и горячей плоти разлетелись на добрый десяток метров.
– Готов! Двигаем дальше!
– Пир, Шадрин потерял сознание!
– А, дьявол! Кто без антигравов – немедленно несите его на базу! Витя, прикрой с воздуха!
– Понял! – послушно отозвался Бутович.
Неугомонный финн и Алим повиновались беспрекословно – сержант Хоуни сумел вышибить из них романтическую дурь и научить повиноваться командам мгновенно и безропотно. Бутович с аптечкой в руке склонился над бесчувственным псиоником и вкатил профилактическую стимуляцию. Потом взлетел и стал настырно рыскать вправо-влево, следя, чтоб Кирвисниеми и Пораду никто не мешал. Шадрин оставался без сознания.
– Адам, на полигоне еще один чужак, рядом с танками! – предупредил бывшего полицейского кто-то из новичков звена Сегерсена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
